Военное преступление в Мазай-Бати 27 мая 1944 года.

Истории

Степанс Лагановскис, житель Мазо-Бату: «Моя сестра сгорела заживо в том сарае. Я узнал об этом от другой сестры, потому что меня призвали в армию, я служил на войне 18 месяцев. Когда я вернулся, моя сестра Текла, ее муж Мейкул и Вероника Мышкина уже были убиты. Наша мать осталась жива только потому, что в то время жила по соседству — в селе Бандарова. Партизаны жили примерно в 300 метрах от сарая, где позже сожгли моих родственников. До этого, зимой, немцы окружили, а затем сожгли около десяти русских партизан на ферме мужа сестры Теклы, Михаила Крупника. Но потом наступила жестокая расплата. Это могло быть как Троица. Муж моей сестры варил самагок, когда пришли люди в форме. Они окружили деревню и загнали всех в сарай мужа моей сестры. Тех, кто не спасся, сожгли — семью Ширмантис, семью Були, а также мужа моей сестры». Мейкулс Крупникс и ее сестра Текла Крупника, которая в то время была беременна, были сожжены или расстреляны там. Она пыталась бежать, но партизаны схватили ее и бросили в горящий дом, говоря: «Партизаны сгорели в вашем огне, пусть теперь сгорит столько же людей».

Мария Линужа, жительница Страувенки: «Семья Кононовых жила в Страу. Я до сих пор хорошо помню родителей Василия Кононова — оба были честными и порядочными, трудолюбивыми людьми. Мы ходили к ним на сбор льна, танцевали. Я помню и самого Кононова, но когда я собирала там лён, он был ещё совсем маленьким мальчиком. После этого я больше никогда не видела его во время войны. Я знаю, что все говорили — это могло быть в субботу Летнего фестиваля. Партизаны пришли, когда уже светило солнце, они окружили деревню. Мы видели только много дыма со своего двора. После этого всех похоронили на Салаянском кладбище. Некоторые сгорели, некоторые были расстреляны, но стрелять тогда было не очень удобно, потому что рядом были пограничники, а немцы были неподалеку, их было слышно. Перед этой трагедией, одним зимним вечером, на ферме Теклы и её мужа Мейкула Крупника партизаны — около десяти человек — попросили хозяина разрешения погреться в тепле. Хижину он недавно построил. Хозяин разрешил, он не мог отказать, потому что боялся партизан. Он думал, что ему конец – если немцы узнают, они уничтожат его семью и всю деревню, потому что в то время, по законам, такое укрытие было угрозой неизбежной смерти. Он не хотел сообщать об этом, но боялся. Поэтому он сказал немцам, что в хижине партизаны. Тогда немцы подбежали и закричали, чтобы партизаны вышли, но никто не ответил. Немцы начали стрелять горящими пулями – хижина сгорела. Был ли кто-нибудь внутри или удалось сбежать – я не знаю. Когда партизаны прибыли примерно во время Летнего праздника, Текла попросила оставить ее в живых, потому что никому ничего не сказала. Однако они не пощадили женщину – поэтому Текла сгорела вместе с подходящим ребенком.

Военные преступления в Малом Бату

27 мая 1944 года в село Мазо Бату прибыла специальная группа диверсантов под командованием Василиса Конова и убила девять жителей села – Бернарда Шкирматаса, Юлианаса Шкирматаса, Владислава Шкирматаса, Гелентаса Шкирматаса, Амброжаса Буляса, Модестаса Крупникаса, Мейкулс Крупникас, Вероникас Крупникас и Текла Крупникас.

Василий Кононовс родился 1 января 1923 года в селе Страуя. Летом 1941 года он отступил вместе с Красной Армией на территорию СССР. В 1942 году был мобилизован в Красную Армию и прошёл специальную диверсионную подготовку. В ночь на 23 июня 1943 года группа В. Кононовса была доставлена на территорию Белоруссии, оккупированную нацистской Германией, где действовала в составе 1-й Латвийской партизанской бригады под командованием Вилиса Самсонса. После Второй мировой войны он продолжал работать в различных полицейских учреждениях Латвийской ССР до выхода на пенсию в 1988 году.

В качестве предлога для совершения военного преступления В. Кононов использовал бой, произошедший у дома Мейкуля Крупника 29 февраля 1944 года, когда подразделения германских оккупационных войск уничтожили 12 бойцов из группы майора Константина Чугунова из контрразведывательного отдела «СМЕРШ» Народного комиссариата обороны СССР.

В 1998 году Центр документирования последствий тоталитаризма Бюро конституционной защиты Латвийской Республики возбудил уголовное дело против Василия Кононова по обвинению в возможном военном преступлении. В ходе разбирательства В. Кононов был как осужден, так и оправдан в нескольких инстанциях, пока в 2004 году Уголовная палата Верховного суда, как высшая инстанция, не признала, а Сенат Верховного суда Латвийской Республики окончательно не подтвердил его вину в военных преступлениях. 27 августа 2004 года В. Кононов подал иск в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), который в своем решении от 24 июля 2008 года признал, что в отношении В. Кононова была нарушена статья 7 Европейской конвенции по правам человека. Однако 14 октября того же года латвийская сторона подала апелляцию в Большую палату ЕСПЧ. 17 мая 2010 года суд 14 голосами против 3 постановил, что статьи 7 Европейской конвенции по правам человека не было.