Воспоминания рядового 7-го пехотного полка Казиса Петрикаса о Ширвинтосском сражении
Подлинное свидетельство о Ширвинтской битве, передающее точку зрения участника и подчеркивающее воодушевление победителя.
В 1920 году я служил в 7-м пехотном полку под командованием коменданта. После потери Вильнюса, а затем и Ширвинтая, наше военное руководство не сдалось, а приготовилось дать отпор полякам и нанести им достойный удар. Когда поляки заняли Ширвинтай, мы отступили и остановились в какой-то деревне, названия которой я не помню. Там было тихо, бои временно затихли. В ноябре, вероятно, 16-го числа, наше военное руководство провело мудрое совещание, все возбуждённо бегали, посылали гонцов, разговаривали по телефону и т.д. Было ясно, что готовится внеочередной поход. Ночью армия была организована и сгруппирована, части тихо двинулись в разных направлениях до рассвета, когда же наступило утро, всё стихло, как в могиле. Нигде не было слышно ни единого выстрела. Природа таинственно молчала, словно одобряя решимость наших воинов.
И вдруг, словно в полдень, разразилась битва, как самый ужасный ад, только шум, грохот, вой на все голоса, продолжалось это несколько часов. Мы слушаем и ждём вестей, ничего не знаем и беспокоимся.
Вдруг мы поднимаем взгляд на дорогу от Ширвинтая. Поднялись клубы пыли, и мы видим, как что-то быстро летит к нам, но кто это, мы не видим, может быть, польские всадники, но нет. Приближаясь, мы слышим радостное «валио» (с надеждой). Я уже понимаю, что это наша победа. Из пыли вынырнул капитан, сидящий на польском миномёте. Гайжутис, весь в красно-синем, запыхавшийся, высоко подняв фуражку и крича «валио», помчался в штаб сообщить радостную новость. Мы тут же получаем сигнал к выступлению на Ширвинтай. Когда мы двинулись вперёд, то увидели поистине варварское зрелище: двери магазинов были выбиты, окна разбиты, улицы завалены мелочью, битой посудой, поломанной мебелью и т.д. Потому что польские солдаты забрали хорошее и уничтожили плохое. Жители села плачут, сложив руки. Потому что их заставляли работать, рыть окопы, хоронить убитых солдат. А кто не хотел слушать, того били и стригли бороды. Они были очень рады нашему возвращению.
- Библиотека им. Врублевского Литовской академии наук, ф. 193, стр. 162. Воспоминания Казиса Петрикаса, стр. 7–8.